Как закончилась моя война с Германией

Член Наблюдательного совета Союза НГУ, Анна Аблеева (ГФ-85) поделилась воспоминаниями о своем отце-фронтовике и рассказала “Как закончилась ее война с Германией”. Далее публикуем авторский материал. 

Аблеев Я.Х. на “Ночном патруле”

Мой отец Аблеев Яткар Хаматович в 1943 пошел на фронт добровольцем в 17 лет. Освобождал Польшу. Награжден медалью «За взятие Варшавы», «За отвагу». Закончил войну в августе 1945 на Дальнем востоке. Получил Личную благодарность И.В.Сталина. Сразу после демобилизации поступил и закончил Ленинградское военно-политическое училище. Потом служил в Германии в группе советских войск. Комиссован из армии в 1956г. по здоровью, но не сдавался – работал на полит. работе, много выступал, писал статьи, прекрасно писал маслом. Я была третьим и его любимым ребенком в семье. Мне много читал, научил рисовать. О войне мне не рассказывал. «Папа, а немцы страшные?» – «Да». Болезнь победила в 1969г. Мне было 7 лет. Я воспитывалась на воспоминаниях о нем. Всю свою жизнь сверяла с ним: «А что бы сказал, одобрил? А как бы поступил?» Брат по стопам отца тоже стал офицером.

 

 

Соскин В.Л.

1983г. Я, студентка 3 курса ГФ НГУ, смело подошла к профессору В.Л. Соскину: «Варлен Львович, я знаю, что Вы фронтовик. Я тоже дочь фронтовика. Дайте мне дипломную тему по контрпропаганде по Германии. Хочу писать контркритику фальсификаторов на немецкоязычных источниках». Как говорили тогда в среде немногих специалистов: «Главное, когда читаешь фальсификаторов, не подпасть под их обаяние». Варлен Львович не только рискнул доверить мне тему, но много помогал, подсказывал, доставал разрешения в спецхраны. Это было не просто научное руководство – отеческая поддержка. Ее так не хватало девочке, выросшей без отца. Я много благодарила Варлена Львовича 24.02.2020, в день его 95летия, за помощь, поддержку.

1994г. Я в качестве коммерческого директора фирмы «Артэкс» подписывала Контракт с фирмой KAMMANN в Германии на поставку полиграфического оборудования. Мы тогда мало-что понимали в полиграфии, брали энтузиазмом. Пренебрежение к нам, «красным пиджакам», тоже чувствовалось. Да и мы готовы были «смотреть НА НИХ в прицел». Неожиданную поддержку мы получили в лице пожилого вице-президента компании г. Питера Брунинга. Он нас учил, подсказывал по конфигурации оборудования в тех.задании, помогал с финансовыми вопросами, организовывал приезд наших специалистов на обучение. Ведь мы ввозили в Россию новую технологию – оборудование рулонной флексопечати.  Контракт шел трудно: финансирование, становление рынка сырья и сбыта.

2001г. Я приехала на завод KAMMANN под давлением жесткой проверки ФС контроля ВЭД за очередной помощью. П.Брунинг как-то сказал мне: «Мой папа погиб под Сталинградом в 1943г. Я его не знал». Я уехала из Германии не только с нужными документами, но и с вопросом «ПОЧЕМУ ОН ПОМОГАЛ НАМ?» Проклятый fliеssende Deutsch – так хотелось поговорить с ним БЕЗ ПЕРЕВОДЧИКА!

2016г. Я после двух лет обучения немецкому в Гете-институте прибыла в Геттинген, сдала экзамен 2В2. Начала искать пенсионера П.Брунинга, чтобы расспросить «ПОЧЕМУ?» похвалиться фирмой: «Wir haben das geschaffen!». («Мы сделали ЭТО!») Я опоздала: «Sehr geehrtre Frau Ableeva, Leider muss ich Ihnen mitteilen, dass Peter Bruning vor 2 Jahren verstorben ist….Peter hätte sich bestimmt sehr über Ihre Grüße gefreut.» …. «… умер…Петер был бы рад привету от Вас…»

 

2020г. Я смотрю вниз с 14 этажа из окна своей квартиры. Там, внизу, течет Ипподромская магистраль. Говорят, в 40ых в этом овраге был лагерь для военнопленных рабочих, которые строили г.Новосибирск. Я, дочь советского фронтовика, мысленно обращаюсь к Петеру Брунингу, сыну солдата вермахта, погибшего под Сталинградом. Мы оба выросли без отцов. Я, путая русские и немецкие слова, рассказываю ему, как за 25 лет руководства фирмой состоялась в профессии, привела в профессию многих, научила. Теперь фирма – одна из уважаемых и крупных за Уралом. Я благодарю его за поддержку.  Теперь я поняла «ПОЧЕМУ?» Думаю, он одобряет меня и понимает БЕЗ ПЕРЕВОДЧИКА.